Краеведческий клуб "17" 
Матвеев Курган, Ростовская область

Матвеев Курган



Матвеев Курган

Давно это было. В те времена, когда царица Екатерина селиться разрешила всем желающим в этих местах. Тогда пришли на Миус поселенцы и основали в нижнем его течении три слободы, в честь праздников святых назвали их: Николаевская, Троицкая и Покровская.
Радовались переселенцы – красота-то какая! Земля добрая, хоть оглоблю в нее воткни – и та прорастет. Рыбы с моря заходит в Миус уймища, с голоду точно не помрешь. Все фрукты растут, ягоды крупные и во множестве, не то, что у них на севере, где только шишки да елки по болотам.
Скоро между Покровской и Троицкой слободами, там, где мелок Миус, хуторок появился, Коровьим Бродом названный. Слухи ходили, что раньше, задолго до переселенцев, на этом месте башня турецкая стояла, с какой поганые язычники в наших казаков стреляли. Но на то время от нее одни каменные развалины остались.
Маленький был хутор Коровий Брод, домов несколько. А в одном из них поселились крестьянин Василий с женой своей Степанидой. Жить стали, добра наживать. Сначала вдвоем, а потом и детки народились, веселее жизнь пошла. Кто пол метет, кто сено косит, кто у печи хлопочет – всем дело нашлось. Лишь один сын у Василия и Степаниды был словно не от мира сего. Матвеем его звали.
Парнишка будто бы и добрый, и умелый, а все вроде думает о чем-то, и рассеянный донельзя. Родители ему работу зададут, а он в уголочек забьется, сядет и сидит, на ладони себе смотрит. Били его поначалу, думали, пройдет блажь. А потом смотрят – и впрямь парнишка блаженный, не в себе. Бить перестали. Коров в чисто поле пасти послали.
Стал Матвей пасти коров с овцами. И точно, лучше ему в поле, чем дома. Ветерок его обвеет, на небе тучка пробежит, ясно солнышко улыбнется. Когда, опять же, на траву парнишка сядет, на рожке заиграет. Когда лежит в мураве, смотрит, как букашка по листу ползет, а крылышки у нее красненьки с точками чернехонькими, а подкрылышки бурые, словно земля, зноем пожженная. Залюбуется так Матвей красотой, обо всем забудет. Растянется на земле, под кустом розовым, станет на лазоревое небо смотреть, солнышком пригреется, да и задремлет до вечера.
Так по весне, когда вода высокая стояла, однажды получилось, что заснул Матвей, не видал, как коровы на Миус пошли. А за коровами овцы, а за овцами – телята с ягнятами. Коровы да овцы на ту сторону переплыли, а телята с ягнятами потонули все. Кинулся Матвей, когда уж поздно было. Домой вернулся, и, даром, что блаженный, а чуть не прибили его хуторяне за скотину. А отец и вовсе ивовый прут об его бока обломал.
Совсем Матвей опечалился. 
– Нет мне счастья, – думает.
Назавтра опять в поле скотину погнал. Тут, на удачу его, попался ему старый отставной солдат, что домой через эти края возвращался. Попросил служивый у Матвея поесть-попить, он и вынул ему краюху, что мать с собой положила, а к ней сыра овечьего кусок отломил. А потом еще и кваску из туеска отхлебнуть дал.
Солдат угостился, на Матвея посмотрел и спрашивает:
– Что ты грустный-то такой, парень? Вроде и руки, и ноги у тебя на месте, а голову повесил. Скажи печаль свою, может, я тебе помогу, поблагодарю за хлебосолье.
Матвей ему отвечает:
– То-то и оно, дяденька, что руки-ноги целы, а голова дырява. Не получается у меня, как все, жить. Сколько мне разной работы доверяли, все не слава богу у меня выходит. То выполнить позабуду, то сломаю что, то попорчу, то сам себе поврежу чего-то. И все думаю, думаю постоянно.
– О чем же думка твоя? – солдат спрашивает.
– Думаю я, как мне добрым христианином стать, чтоб по смерти в рай попасть. А еще думаю я, как, праведником оставшись, богатым да счастливым быть. И не могу никак соединить все думки в одну. Про кого не услышу, так либо богаты и счастливы, но злы и жестоки, либо бедны и несчастны, но добры и щедры. Иногда вот бывает, что и счастливы, и добры люди, а из бедности выйти не могут. Совсем я измучился с мыслями этими. Молюсь, молюсь богу, а ответа не нахожу.
Засмеялся солдат:
– Ну, коли только в этом беда твоя, я смогу тебе помочь. Скажу я как на духу, Матвей. Помри ты хоть завтра – не видать тебе рая, как своих ушей. Потому что рай заслужить еще надо трудами праведными на благо человеков, что рядом с тобою живут. А ты вот за всю жизнь свою еще ничего путного не сделал. Только вред один от тебя всем да убыток. 
А еще скажу, что несчастный ты человек, потому что никого в жизни счастливым не сделал. Счастье, оно ведь, какая штука хитрая – лишь тому в сердце войти может, кто другого человека счастливым сделать умеет, свою птицу счастья ему подарив и крылья ей расправив. Несчастливый ты. Да и богатства у тебя нет. Настоящее, чистое и крепкое богатство, радость приносящее, не обманом и чужими проклятьями дается, а честным трудом, горбом своим наживается. А ты трудиться не умеешь. Стало быть, и богатства такого тебе не видать, тут и думать нечего.
Без молитвы, оно, верно, ни одно доброе дело не справится. Но и одна молитва, без дела, ничего не стоит. Словно две ноги у тебя – душа и тело, и вместе они одинаково работать должны. Понял?
– Понял, – Матвей вздохнул.
Потом поблагодарил солдата, попрощался, и опять к коровам своим повернулся, задумался.
С того дня переменился Матвей. Будто от сна очнулся. Матери больше стал помогать и отцу тоже. За всякую работу берется, и старается, чтоб лучшей она получилась. Сорняки ли его пошлют выпалывать, пшеницу ли жать, виноград убирать – всякое дело ладиться у Матвея стало.
Родители на сына по-другому поглядели. Уважать начали. Так прошло пару годков. Вырос Матвей, возмужал, в плечах раздался. Пришел однажды к отцу-матери, в пояс им поклонился и попросил благословения в Таганрог идти, своим трудом заработка искать.
В Таганроге выбрал себе рыбаком быть. Белугу и осетра добывал, бычков и карасей со дна моря Азовского таскал. 
Раз по зимнему времени лодка рыбачья, в какой товарищи Матвеевы плыли, перевернулась и ко дну пошла. Прыгнул Матвей за борт, вытаскивать из воды рыбаков стал. Все спаслись, благодаря силе его и ловкости, от сердца приятеля благодарили.
Когда три года прошло, и в полную силу вошла весна, Матвей собрал все, что у рыбаков заработал и что ему в награду за спасение дали, и вернулся к себе, в Коровий Брод. Земли надел купил, хату справил, сад посадил, скотину развел. Девушку в жены нашел хорошую, работящую. С нею и хозяйствовать стал.
С молитвою на всякое дело шел. Спиртного и табака в рот не брал. Работал с утра и до ночи. Вот и дал ему Господь счастье: словно сад, расцвела усадьба его. А в ней сыновья и дочери его народились. И вместе с ними, общей работой, денег, словно снега зимой, прибавилось Матвею от родной земли трудами его.
Помнил Матвей совет солдата: кому мог, добром платил. Кому мог – помогал. В страшную очаковскую зиму только из его запасов и прожили хуторяне, весны дождались. Уважали за то и любили все Матвея. Матвеем Васильевичем его называли и благодетелем своим.
А, как пришла старость, а с нею и немощь, решил Матвей церковь у себя в хуторе построить. С тем, чтоб бог позволил ему, по христианскому обычаю, встретить кончину праведную и непостыдную. На Донец поехал, деревянную разборную церковь купил, в Коровий Брод вести ее решил.
Из поездки больным уж совсем возвращался. Хутора своего верст пятнадцать-двадцать не доезжая, на ночевку в степи остановился, у большого кургана, что обрывами своими к Миусу свешивался. Сопровождающим велел внизу, у реки, лагерем стать, коней стреножить да спать ложиться, а сам на курган поднялся, богу в ночь полнолунную молиться, светлую душу белить.
В полночь проснулся слуга один, Артемий, глянул: нет Матвея Васильевича. На курган поглядел: коленопреклоненный старец на фоне неба в крестном знамении застыл. Поднялся Артемий на курган, чтоб хозяина сильно не обеспокоить, тихонько тронул его за плечо, а он уж окоченел. В молитве, как всю жизнь прожил, богу душу отдал.
Послали за родными в Каменный Брод и в Покровское – за священником. Люду море съехалось со всех сторон, три дня по Матвею плакали. А после схоронили его на вершине кургана высокого, где он, богатым став, свою праведную смерть принял и в рай попал.
Так и стало то место называться Курганом Матвеевым.



©Мотыжева Е.Н., 2013
Версия для печати

Сайт-визитка автора и редактора сайта "Краеведческий клуб 17"  Елены Мотыжевой

2001 - 2005 г. г. Краеведческий клуб "17" Матвеев Курган

ВебСтолица.РУ: создай свой бесплатный сайт!  | Пожаловаться  
Движок: Amiro CMS