Краеведческий клуб "17" 
Матвеев Курган, Ростовская область

Дмитрий Лакедемонский



Дмитрий Лакедемонский

Дмитрий был сыном Ильи, благородного архонта из города Мисты, что в греческих берегах Лакедемона стоит. Богатой семья его была, многими землями и поместьями владела, в родовом замке Пиргос жила.
Когда умерли у Дмитрия родители, остался он вдвоем с младшей сестрой, Дорофеей, девушкой чистой и доброй, имени своего, «Дар Божий», достойной. Любил Дмитрий сестру больше жизни, все, что угодно, сделать ради нее был готов. И Дорофея брата лучшим из всех спартанских мужчин почитала.
Однажды, на мученика Дмитрия, решила она брату день Ангела отметить. Сначала в монастыре Дмитрия Солунского молебен ему о здравии отслужить, а после дома стол накрыть, гостей пригласить, веселый праздник устроить. А от себя – большой именинный пирог брату своими руками испечь. Решила так и с поваром на базар отправилась, лучшие персики искать.
Долго по рядам ходила, пока самые красивые и душистые не нашла. Повернулась к повару, а рядом с ним, словно из-под земли, парень молодой вырос: глаза медовые, волосы русые, на лице улыбка широкая.
– Стой, красавица! Не спеши. Давай, я за эти  персики заплачу и тебе их подарю – стоят они твоей красоты. Нежные, розовые, душистые – любому по нраву!
Дорофея от слов парня румянцем, точно зорька, зашлась:
– Спасибо, добрый человек. Только я и сама могу купить, что мне захочется. Я архонта Дмитрия Алфераки сестра.
Незнакомец улыбнулся:
– Неужто самого архонта? Да я теперь, из уважения к нему, нарочно за тебя заплачу, чтобы ты брату своему почтение мое передала. Я в ваши края проездом из Спарты прибыл, по делам купеческим. Григорий Стамбулиди меня зовут. Григорий, сын Клеарха. А тебя как звать-величать?
– Дорофея, – девушка глаза опустила и покраснела еще больше.
Заметил это сын Клеарха, еще сильнее ее разговорить старается:
– Хорошее имя, под стать хозяйке. А на что ты персики искала?
– Брату хочу подарок сделать – на день Ангела именинный пирог испечь. Праздник у нас в семье.
– Что ж, повод радостный. Наверное, много гостей соберешь, сама хозяйкой будешь. Верно же? Вижу, что сама. Я бы тоже хотел брату твоему уважение выказать, да хоть одним глазком на ваш праздник взглянуть. Еще хоть один разок увидеть тебя. Тем более, хозяйкой дома.
Смутилась вовсе Дорофея, не смогла гостю отказать.
Так Григорий и на именины приглашения добился, и в дом Дмитрия попал. А попал – словно сам бес ему помог, наплел небылиц с три короба – влюбил в себя Дорофею. Днем и ночью грезит она о Григории, все дела забросила. Ночами под окнами его ждет, днем голубиную почту с письмецом любовным встречает.
Дмитрий сначала не поверил в пристрастие ее. Мало ли, что на сердце у молодой девушки – сегодня по одному чахнет, завтра по другому слезы льет. А после понял, серьезно сердечко ее Григорий тронул: влюбилась Дорофея в приезжего купца без памяти, ни о ком другом и слышать не желает. Стал Дмитрий спрашивать горожан о Григории, кто он и что за человек. Чем живет, чем дышит. Но никто ничего ему поведать не мог.
Тогда отправил Дмитрий гонца в город Спарту, на родине купца о Григории разузнать. Долго ли, коротко ли, вернулся посыльный и горькую правду привез о том, кого Дорофея суженым во сне видела. Сообщил гонец, что поведали ему в Спарте, будто продался Григорий туркам, на секретную службу у них перешел, втайне магометанином стал. Сообщил, что подлый, завистливый и жестокий Григорий человек, для которого нет ни чести, ни жалости. Через мать родную ради наживы и славы переступит. Много греков погубил, многих счастья и жизни лишил. И, коль приехал он в Мистру, значит, и здесь туркам что-то разведать нужно, а может, и самого Дмитрия жизни или имущества лишить.
Узнал Дмитрий такую новость и запретил сестре даже думать о Григории Стамбулиди. Она заплакала, а он ей о жизни Григория в Спарте рассказал. 
Только и слышать не хотела Дорофея о винах и подлостях своего избранника. Верила, что любит ее сын Клеарха, что если и был он когда-то в чем-то виноват, сейчас ради нее одной честным и чистым человеком сделается. Слепа девичья любовь, и доброе сердце, зла не ведающее, доверчиво.
Впервые в жизни поссорились брат с сестрой, разговаривать перестали. А через два дня пришел Дмитрий к Дорофее в комнату, а там – пусто. Только записка, что уехала она вместе с Григорием нему на родину, женой его станет.
Молнией из дома вылетел Дмитрий, отряд верных людей собрал, вдогонку за похитителем бросился. Только будто в воду канул Григорий. Ни в Мистре, ни по дороге, ни в Спарте никто его найти не мог. К паше Дмитрий обратился, который в Спарте власть османскую представлял, но и от него ничего добиться не сумел.
В ярости Дмитрий вернулся в Мистру. О беде своей, что похитил его сестру изменник, горожанам рассказал. Вмиг вспыхнуло в народе недовольство, давно тлевшее на всем Пелопонессе, от притеснения турками простых греков. Дмитрий из городского архонта в партизанского военачальника превратился.
Решил архонт, что себя не пожалеет, а, сколько бог позволит, отомстит османам за Дорофею. Но, хоть и великие воины спартанцы, силы неравны были. Все потеряли восставшие – и семьи, и дома, и имущество. Только тем и спасли свои головы преданные Дмитрию люди, что вместе с графом Алексеем Орловым стали в русской войне против турок участвовать.
Много воевать пришлось. Однажды на Лемнос судьба их забросила. И там, на улице, среди жителей, Дмитрий вдруг увидел Григория. Увидел, от гнева лицом потемнел, словно в тысячу раз сильнее стал. Едва на месте не забил обидчика: признание вытягивал, где его Дорофея. И узнал, что, едва похитив, продал ее Григорий митилинскому паше за кошель золотых червонцев. Как услышал это Дмитрий, и раздумывать не стал – шею Григорию, словно куренку, свернул.
В Митилину вместе с графом Орловым выступил. Первым на штурм замка митилинского пошел, девять полковых османских знамен добыл, и сам замок взял. А взял, сестру искать кинулся. И не нашел. Женщины из гарема рассказали, что была среди них пленница-гречанка из Лакедемона. Только недолго в замке жила. Разбито было сердце ее, и, от тоски и горя, бросилась она однажды вниз со стены крепостной. Погибла, а паша велел ее в саду под цветущим багрянником схоронить. Красивая была.
Узнал Дмитрий весть эту, и умерло сердце его для Греции. Понял он, что нет больше в родной его земле ничего, что держало бы его и домой звало.
В Россию уехать решил, от турецкого гнета и турецких пашей подальше. Царица Екатерина ему в награду за верную службу подданство российское дала, чин секунд-майора, семь тысяч десятин земли при Миусе и потомственное дворянство. Вместе с товарищами своими боевыми и другими греками, какие из турецкой Греции уйти пожелали, Дмитрий в Малороссию переселился.
Там они сообща с итальянскими переселенцами город Таганрог отстроили, по южному образцу его скроив, словно у себя, на море Эгейском. В Таганроге Дмитрий себе дом возвел – Дворец Алфераки. И на берегу лимана миусского село, родовую вотчину, основал, в честь родины своей – Лакедемоновкой назвал. А там, где за городом солдатские казармы у греков были, тоже сейчас село есть – Греческими ротами называется.



©Мотыжева Е.Н., 2013
Версия для печати

Сайт-визитка автора и редактора сайта "Краеведческий клуб 17"  Елены Мотыжевой

2001 - 2005 г. г. Краеведческий клуб "17" Матвеев Курган

ВебСтолица.РУ: создай свой бесплатный сайт!  | Пожаловаться  
Движок: Amiro CMS